Ольга Кирия

Кто здесь?

Пора уже представиться, для тех кто меня добавляет в друзья и для тех, кто со мной недавно.
Меня зовут Кирия Ольга, уже больше пяти лет, я работаю только на себя. Прочитать, о том, как я случайно стала предпринимателем, можно тут: Правдивая история о том, как начать новую жизнь

А еще я мама троих детей: двух красоток - Даши и Анютки, и удивительно смышленого и смешного пацана Ромика. Я часто пишу о бизнесе, о продажах, о целях. Мне интересны темы саморазвития и самосовершенствования, а еще психология и роль бессознательного в нашей жизни. Иногда я пишу о жизни, о детях.Еще я иногда  ною,  и тут же перестаю ныть и берусь за дело.
IMG_7115_1_res




















Я бываю разная. Могу свернуть горы в одиночку с помощью совка, а могу лениться неделями и уговаривать себя составить хоть один договорчик.

Мой бизнес посвящен сертификации продукции и оборудования.

Во что я верю? В то, что каждый творец, как своего счастья, так и творец своего трындец. Никто на свете не убедит меня, что жизнь нельзя изменить, и что обстоятельства сильнее людей. Хотя они сцуко, тоже случаются. Но, человеку верящему в силу своих намерений, любой ветер будет попутным. Даже из не самых лучших обстоятельств.

О правилах поведения: в моем журнале можно иметь свое мнение, но нельзя считать его единственно правильным.
Взаимно френжу, если вижу в журнале образ мыслей схожий со своим, или если вижу, что мне есть чему учиться у человека.

UPD: Отсортировала журнал, и расставила везде тэги.

Сразу скажу, что мои любимые, это заметки с записями "моя теория мироздания", "бизнес размышления", "мое кредо".

Еще я люблю разбираться с чужими и своими тараканами, эти записи у меня под метками "человековедение" , "таракановедение", " "психология"

Любимые записи почитать:

О способах достижения и недостижения целей:
Как гарантированно не достигать успеха. 20 надежных советов.
Продолжение хит парада: Как гарантированно не достигать успеха. 20 надежных советов
Лохи или герои? Простым или сложным способом мы идем к цели
Про веру в ограниченность ресурсов

О человеке вообще и психологии
Про осуждение и воинствующую непримиримость

О моем личном взгляде на вселенную и человечество и саму себя:
Про нейтральность мира и позицию наблюдателя
О моей наивности


UPD: буду рада, если вы представитесь и расскажете немного о себе.
:)

Автор фото: Наталья Дуплинская: duplinskaya

Ольга Кирия

Сказка о проклятых часах

В одном далеком небольшом городе, который стоял на перекрестке торговых дорог, и где сходились вместе ветра южных и северных морей, принося с собой ароматы специй и пряностей, рыбы, роз, и просмоленных канатов из порта, жил один парень по имени Джером.
Был он статный, красивый, умный и ловкий, и все за что он брался, у него получалось. Бывало посмотрит, как сапожник тачает сапоги, сядет рядом, начнет делать вместе с ним учиться, и через некоторое время он сам делал сапоги не хуже. И было это его даром и проклятьем, так как он знал, что всему может научиться в любой момент, то всегда думал, что у него много времени, и он искал свое ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ. Ему казалось, что как только он его найдет, то сразу у него все будет еще легче, и будет у него много денег. Хотя по правде сказать, зарабатывать то он умел, но денег у него часто не было, потому что брал он заказы разные ремесленные время от времени, и никак не искал клиентов, в расчете на то, что в городе, где пересекаются все торговые пути, ему всегда что-то подвернется.
Так и жил, вроде и талантливый, а свой талант ни так ни сяк не применял, и жил кое-как, ни хорошо ни плохо. Мечтал о том, как будет плавать с разными торговыми судами, мир смотреть, как будет жить в красивом уютном крепком доме. А сейчас у него был дом, да никак у него не доходили руки его отремонтировать, на ремонт же деньги нужны, а он их никак не мог накопить, всегда на что-то более нужное требовались. Так он и мечтал, что когда-то вот-вот ему улыбнется удача, и он найдет свое ДЕЛО, и будет ему легко и просто, и научится он его делать в совершенстве, и все сложится само собой, и будет получать удовольствие от жизни и от работы, и от предназначения.
В один погожий летний денек он подрабатывал на городской площади ремонтом обуви. Много обуви он повидал: и изящные женские туфли на аккуратных ножках, кожаные сандалии, и крепкие сапоги, с которых отлетели у путника набойки. И случилась с ним одна история.
Подошел к нему один пожилой, но крепкий еще капитан и  попросил его отремонтировать сумку, что прохудилась в дороге. Джером посмотрел на сумку, придумал как из куска кожи поставить заплату, да так, чтобы сумка еще лучше выглядела. И пока ремонтировал, заговорили они с капитаном о делах, о путешествиях, о жизни,  о летних бабочек, и разных пустяках. И Джером рассказывал как он живет, да как много умеет. Слушал капитан о жизни Джерома, о тех ремеслах, которыми тот владел и о его мечтах, которых он никак не достигнет и начал сердиться сильно. Он помнил, как будучи мальчишкой, тяжело трудился, сначала юнгой, потом матросом, как изучал науки навигации, и как тяжело они ему давались. Как долго ему приходилось мало спать, и плохо есть, и зависть его мучала. Понимал он, что перед ним стоит баловень судьбы, который никак не использует свои таланты, а только ждет и мечтает. И решил он его наказать за ту легкость, с которой Джерому все дается, а тот свои шансы не использует. Поблагодарил он его, когда работа была закончена, и помимо денег подарил ему часы волшебные, которые в дальних странах когда-то у купца одного выменял, на карту подробную дальних берегов. Слышал он, что часы те легкость и удачу отнимают.
Джером, ничего не подозревая часы надел на руку, поблагодарили они друг друга, и пошли каждый своей дорогой, наш герой домой, а капитан к себе на корабль. Утром следующего дня Джером взглянул в окно, но хоть там и светило солнце, он мрачно повернулся к стене. Обычно он просыпался легко и с удовольствием, но утро больше не приносило ему радости.  Ему в целом мало что стало приносить удовольствие. Его соседи и другие жители города вставали с утра, и успевали до заката сделать много дел: вокруг пекся хлеб и круассаны, ткались красивые ковры, шла бойкая торговля. А Джером внезапно потерял ко всему интерес, время вокруг него стало медленным и тягучим, солнце раздражало его, с утра он никак не мог проснуться, а вечером заснуть. Все стало получаться медленно и плохо. У него ни на что не хватало сил, и если раньше он легко чему-то учился, то теперь руки перестали слушаться его. Если он брался за ковры, то путал узоры. Если шил вещи, то нитки рвались, а строчки получались кривые. Какие-то соседи приходили еще к нему, и просили сделать то или иное, починить или сделать, а потом и вовсе перестали. Мало кому нравилось, что вещи, отданные в починку, долго не возвращались, а если возвращались, то немного неказистые, и не красивые, не такие как раньше. Денег у Джерома почти совсем не стало, бывало еще приезжие заказывали что-то на площади, да потом ругались на качество А Джером никак не понимал, что же произошло с ним? Куда делось его мастерство, и его жизнерадостность, почему перестало все получаться, и почему время одновременно такое тягучее и длинное, и времена года стали сменять себя так быстро. Так прошло два года.
Один раз на площади снова появился тот самый капитан, увидел он Джерома, и ужаснулся содеянному. Увидел, что тот полусонный и всклокоченный с воспаленными и полубезумными глазами зашивает непритязательному путнику порванное голенище сапога кривыми стежками. Стыдно стало капитану, решил он признаться в содеянном, и рассказал парню о часах, которые тот носил не снимая.
- Сними их немедленно, умоляю тебя!
Попробовал Джером снять часы, а ремешок кожаный не расстёгивается и никакой нож его не берет.
- Что же я наделал, прости меня, -  взмолился капитан.
Начали они вместе думать, что дальше делать, узнали, что неподалеку старуха- колдунья живет, и пошли вместе узнать, как проклятье снять. Старуха посмотрела на часы, покачала головой: это волшебство заморское, мне не подвластно, снять его можно только там, где эти часы были созданы, в старинной часовой башне волшебников, повелителей времени. Капитан, считая себя ответственным, за происходящее, предложил отвезти туда Джерома. Но лишних мест на корабле не было, и им нужен был работник, и взял он героя при условии, что тот будет согласен помогать выполнять любую работу.
Отправились они в далекое путешествие, Джерому снова пришлось многому учиться, понял он как это может быть нелегко, запоминать названия всех снастей, помогать на кухне, разбираться в ветрах и навигации. Вспоминал он, как раньше ему все легко давалось и оплакивал свою участь. Долго ли коротко, прибыли он в ту страну, где жили повелители времени.
В столице на берегу моря было очень много часовых башен, и в самой высокой из них жил самый могущественный клан ордена «Закона и порядка» . В том городе был идеальный порядок, и делалось все одновременно и своевременно. В одно и то же время разводились мосты, люди в одни и те же часы все вместе садились обедать. По ночам в том городе не было шумных гуляний, потому что в 10 часов вечера, все жители города одновременно укладывались спать. Даже младенцы очень быстро привыкали плакать по режиму, и делали это не более трех раз в сутки. В самом городе был идеальный порядок, одинаковые окна, наличники, крыши домов и улочки. Хозяйки в  9 10 утра одновременно вытряхивали половички с крыльца , а в 9 12 уже выходил местный дворник, и заметал мусор. В 9 20 все телеги с мусором выезжали к большой мусоросжигающей печи. Часы были на каждой башне, и все абсолютно синхронно передвигали свои стрелки, и отбивали каждый час секунда в секунду. Несмотря на чистоту и предсказуемость, гостям города было обычно жутковато, и они старались побыстрее покинуть этот город.
Несмотря на выданное каждому гостю города расписание с режимом дня и правилами города, и на то, что это расписание было очень подробное и понятное, они просто не справлялись, и опаздывали то тут то там, на пару минут и часто оставались без обеда и ужина в местных трактирах. Местные жители поджимали недовольно губы и покачивали головой. Они ничего не говорили вслух, и не запрещали, но под их взглядами было как-то неуютно. Надо ли говорить, что все в этом городе были стройные и подтянутые, потому что их рацион тоже был идеально рассчитан, и они бы не позволили себе лишнего.
В этом то городе и предстояло Джерому снять с себя проклятие. Попрощались они с капитаном, и договорились встретиться в порту ровно через три месяца. Капитану предстояло еще посетить несколько городов, закупить редких товаров для продажи в родном городе, а на обратном пути забрать своего друга.
Утром следующего дня, переночевав в тихом трактире, и получив с  утра легкий и полезный завтрак, который был не очень вкусным, но идеально сбалансированным, Джером пришел к главной башне  города и спросил привратника, как поступить в ученики часовых мастеров. Его попросили записаться через неделю, и прийти на собеседование, и перед этим заполнить длинную анкету, где нужно было указать все свои привычки, пороки, недостатки, а также недостатки и пороки своих родителей, братьев, и сестер, и соседей живущих в пределах квартала.
-Нам важно знать, сколько у нас уйдет времени на искоренение ваших недостатков, и неблагополучных образцов поведения, -сказал ему пожилой господин за длинным столом, на котором был идеальный порядок.
Джерому указали, что анкету он должен заполнить с первого раза, чисто и безошибочно, и разумеется правдиво, и уложиться до 8 часов вечера, с перерывом на обед, которые ему разумеется предоставят от администрации города. Способность точно и аккуратно заполнить анкету будет свидетельствовать о его потенциале и возможности проходить дальнейшее обучение. Джером сосредоточился изо всех сил и хоть и это было очень нелегко, без ошибок, хоть и немного неаккуратным почерком закончил заполнять анкету в 19 59.
Ему сказали, что через неделю он может прийти на собеседование, а пока что рекомендовали ему следовать правилам города, и не забывать о физических упражнениях и здоровом рационе. Последнее было излишним, потому что найти какую-то нездоровую еду в городе было крайне трудно, если только купить контрабандой в порту. Но Джером так устал от скрупулезного заполнения анкеты, что лег спать даже раньше жителей города. Утром он хотел после завтрака прогуляться по окрестностям, или даже уйти за город в поля и леса, потому что улицы города были уж очень похожи, и предсказуемы и смотреть там было особенно не на что. Но тем не менее, сразу после завтрака в трактире, к нему пришел посыльный из главной башни, и попросили его прийти на собеседование немедленно. Его проводили в зал, где в белоснежной комнате сидело 8 человек, примерно одного возраста, в похожей одежде и почти одинаковыми лицами. Они одновременно дежурно улыбнулись ему, а потом один из них взял слово:
- Вы знаете, это не в наших правилах, и мы должны были позвать вас через неделю. Но  Мы прочитали вашу анкету и были в ужасе. Обычно нашими учениками являются жители нашего же города и самым вопиющим их недостатком является сбиться со счета, когда чистишь зубы, и досчитать до 99 а не 100. Мы не понимаем, как вы выжили в таком хаосе, в том мире откуда вы прибыли. Как вы вообще научились говорить, читать и писать в столь непредсказуемом мире как ваш. Перед нами дилемма, мы боимся, что привычка к столь порочному существованию, может пагубно сказаться на жителях нашего города. С другой стороны, наша благородная миссия, приносить порядок и предсказуемость, и мы не можем отказать столь заблудшей душе. К тому же в нашем ордене «Закона и порядка» самые стойкие и выдержанные ученики и учителя, и кто если не мы, сможет помочь вам и познать удовлетворение от предсказуемой и стабильной жизни. Поэтому вы приняты, и немедленно. Ваши вещи уже перенесены на склад, вам они пока не потребуются, но мы честные и порядочные люди, и если вы не справитесь с вашими пороками, и решите покинуть нас, они будут вам возвращены в установленное время работы склада в15 45 каждый третий понедельник четного месяца.
Джером начал проходить обучение и жить в башне, придерживаясь общих правил. Главной задачей ордена было синхронизировать все часы в городе и оптимизировать процессы. Хоть в городе и был идеальный порядок, участники ордена искали способы делать все быстрее и эффективнее. Если кто-то находил способ делать какой-то процесс на 1 секунду быстрее, его объявляли лучшим мастером месяца и его портрет висел целый месяц в общей столовой. Но Джером никак не мог понять, кому в таком идеальном месте, где так поклоняются эффективности и рациональности, пришло в голову сделать такие часы, которые делали того, кто их носит совершенно неэффективным и заставляли его так бездарно терять время? И каким образом снять проклятье и избавиться от часов на руке. Сами часы он прятал под длинными рукавами ученических балахонов.
Джером решил найти все ответы в библиотеке. В то время как все ложились спать, он шел на тот этаж, где хранились книги. Сначала он боялся, что его застанут за поисками, но никому не могло прийти в голову, что кто-то по доброй воле откажется от порядка и сна в установленные часы. Поэтому спустя какое-то время он перестал опасаться, и просто шел по возможности тише. Сначала он не понимал, что же искать? Но потом подумал, и решил, что нужно искать историю ордена. Все книги естественно стояли на своих местах, каталоги содержали максимально подробную информацию. Он просмотрел все рубрики, и увидел в нем   название архива  «Вопиющие инциденты нарушения расписания». Архив содержал всего один журнал и как ни странно, информация там была недостаточно подробно описано. Упоминалась лишь дата, и имена участников, и главным героем инцидента был глава ордена Сигизмунд Точный, который опоздал на собственную свадьбу с дочкой мэра 20 лет назад. По обрывочным данным удалось установить, что они были изгнаны вместе с невестой из города, что спустя некоторое время в течение недели после этого в городе творился жуткий хаос, все часы показывали разное время, у горожан сбились циркадные ритмы, все дети плакали не по расписанию, а некоторые даже стали выполнять супружеские обязанности чаще и дольше, чем положено по квоте (число и время регламентировалось уже имеющимися у супругов детьми и количеством лет, прожитых вместе). Тогда ситуацию спасла только многодневная медитация всех членов ордена, когда они одновременно дышали в такт по восемь часов в день, и посылали намерение о точности во Вселенную. Также немного помогли участившиеся штрафы и наказания для нарушителей режима.
Джером понял, что вероятно эта вопиющая история как-то связана с его часами и проклятьем, но было непонятно, как именно. Немного подумав, он пришел к выводу, что об этом ему могут рассказать только участники событий, которых изгнали из города, и ему надо найти Сигизмунда (звания Точного его в тот день с позором лишили и дали ему новое имя Безалаберный).
Джером уже понял, что новой информации в ордене он уже не найдет, и дальше оставаться не имеет смысла.  Он решил, что просто оставит записку и уйдет на поиски. На следующую ночь, он написал объяснительную и оставил ее на столе в большой ученической столовой. Взял немного снеди с кухни, и отправился в путь в полночь, зная, что днем он слишком заметен, а ночью никого нет на улицах города. Когда начало светать, он уже был далеко от города, и прилег спать. В старых архивах он видел, что изгнанные предположительно поселились на берегу озера, в 20 километрах и 200 метрах от города, но это не точно. Джером отправился в путь, после недолгого сна.
Идти было легко и трудно было заблудиться, потому что дороги и тропинки содержались в полном порядке, через определенный промежуток времени и на развилках были указатели, поэтому поздним вечером он вышел к озеру и увидел огонек на берегу. Он сразу понял, что именно там живут изгнанники, потому что время на часах было 22 10 и в городе в это время все гасили огни. Он добрался вдоль берега до небольшого аккуратного домика, возле которого все-таки были не совсем симметричные клумбы, а стена с южной стороны была оплетена плющом, что было совершенно немыслимо в тех краях. Он осторожно и негромко постучался, из дома доносился смех и голоса, поэтому его не услышали сразу. Но через минуту дверь распахнулась, ему открыла миловидная девушка с гривой растрепанных рыжих кудрей.
- Добрый вечер, вы не ошиблись дорогой? Наш дом считается проклятым и у нас не бывает гостей. Из проклятого дома тем временем изумительно пахло выпечкой и жареным мясом.
Джером сглотнул слюну и сказал: «Могу я увидеть Сигизмунда Безалаберного?»
Девушка рассмеялась,  и крикнула: «Папа, к тебе пришли».
Из дома вышел крепкий, но полноватый мужчина, что опять же было немыслимо и возмутительно, немного простительно для гостей той страны, но никак не для местных жителей.
- Зачем пожаловали, молодой человек?
 Жером закатал немного рукав и показал часы: «Скажите, вам что-нибудь известно об этом предмете?»
- Это же часы замедления, откуда они у вас? Заходите в дом, сегодня вы будете нашим гостем, а завтра поговорим.
После долгого и уютного ужина, все пошли спать, из соседних комнат иногда доносились шепот и смех детей, и все уснули в совершенно разное время, но Джером этого уже не услышал, потому что он очень устал с дороги и от новых впечатлений и уснул моментально.
Утром Сигизмунд рассказал ему свою историю. Как он был молодым и талантливым, как стал главой ордена, и как ему было предначертано, в один прекрасный день его привели познакомиться в дочкой мэра, на которой ему было суждено жениться, чтобы и дальше городом управляли лучшие из лучших. И как к его изумлению он влюбился в тот день по-настоящему, и его любовь оказалась взаимной. Но молодые, следуя выдержке и характеру, которые так ценились в тех краях, долго скрывали и от себя и от друг друга возникшую симпатию.
Но случилось страшное. По традиции, в том городе, перед вступлением в брак, глава ордена должен был пройти последнее посвящение. Старый хранитель ключей отводил его в глубокие подвалы, где они долго шли по подземелью, и наконец оказывались перед массивными дверями в темной нише. Когда Хранитель открыл дверь, то они оказались в удивительной пещере, которая переливалась самоцветами. Где-то в глубине пещеры было слышно журчание воды. Хранитель посвятил его в страшную тайну, что воды данного источника прокляты, и все повергают в хаос, человек становится спонтанным и непредсказуемым. Раньше из этого источника во все дома города шел водопровод, но он давно перекрыт старым ржавым вентилем, и ни в коем случае нельзя чтобы жители города пили воду из этого источника и знали о нем. Вода так таинственно переливалась, и так манила к себе, но проявив выдержку и стойкость, хранитель и Сигизмунд вышли из пещеры и Хранитель передал ключ от дверей пещеры Сигизмунду Точному.
В ту ночь Сигизмунд никак не мог уснуть, он вспоминал переливы воды и его необъяснимо тянуло в пещеру, чтобы хотя бы секунду окунуть пальцы рук в прохладный источник. Восемь  ночей провел он в беспокойных и поверхностных снах, и все время слышал плеск воды. На девятую он сдался и пришел в пещеру, открыл тяжелую скрипящую дверь, прошел вглубь и окунул пальцы рук в воду. Потом сложил ладони лодочкой и отпил прохладную воду. В этот момент ему стало неожиданно легко и весело, ему внезапно показались очень нелепыми правила города, его предсказуемая рациональность, и рациональная предсказуемость. Еще он понял, как сильно он на самом деле любит свою невесту, и как сильно хочет поделиться с ней новыми ощущениями и знаниями. Он вернулся еще раз к источнику с сосудом для воды, набрал ее, и на следующем запланированном свидании в городском саду, последнем перед днем свадьбы, он предложил ей выпить «проклятой воды». Его невеста доверчиво выпила и внезапно с ней произошли те же метаморфозы, что и с Сигизмундом, она поняла, как сильно любит его, и как сильно желает быть рядом, прикасаться и обниматься.
Та ночь накануне свадьбы была бессонной для них, в полночь они встретились, и до утра не могли перестать говорить и обниматься. Когда же утром пришли распорядители свадьбы. И не застали их обоих в своих постелях, начался жуткий скандал. Виновники скоро были найдены, приведены в порядок, отчитаны и доставлены к месту церемонии. Сама свадьба не могла не состояться, потому что в город были приглашены послы из других государств и было немыслимо так сильно оскандалиться на весь мир. Но сразу после свадьбы влюбленных изгнали из города, о чем они если честно нисколько не жалели. Но им было жаль других жителей города, и они хотели передать им немного радости и спонтанности, которую они узнали сами. Тогда они решили открыть вентиль, который ведет к водопроводу города. Однажды ночью Сигизмунд проник в подземелья вместе со старым взломщиком из другой страны, чтобы открыть водопровод. Но как только они оказались в подземелье, как спустя минуту там же оказался Хранитель ключей  и новый глава ордена Марсель Эффективный, который должен был узнать тайну источника. Между ними завязалась борьба (что конечно нехарактерно для столь флегматичных жителей того города, но видимо пары источника вредно влияли на тех, кто находился в пещере. В момент драки ремешок часов нового главы ордена порвался и часы упали в озеро. А часы те были реликвией и передавались от одного главы к другому, и именно по ним и синхронизировались все часы в том городе. Глава ордена Марсель Эффективный быстро достал их со дна источника, испустив вопль отчаяния. Но часы вроде не пострадали, и он надел их снова на руку. Сигизмунд решил оставить город в покое и пообещал, что больше не повторит своих попыток.
Но Марсель Эффективный на следующий день проспал утренний подъем, чего не случалось с ним с 4 лет. Неожиданно он стал опаздывать, все часы в городе рассогласовались, и последовали непорядки, описанные ранее. Марсель понял, что все дело в часах, что они перестали быть точными, а их владелец перестал быть Эффективным, и это было ужасным. Он не хотел лишиться своего нового имени и стать Марселем Копушей, и это очень удручало его. Хуже всего, что часы никак не желали сниматься с его руки, но лишаться руки ради порядка, тоже категорически не хотелось. Он горевал в своей опочивальне и безумно размахивал руками, что слышали конечно же его соседи, и позор был все сильнее и неотвратимее. Он так сильно размахивал руками, что в какой-то момент задел рукой маятник башни-часов, которые стояли в его комнате, и которые достались ему от дедушки, а тому от его дедушки, Августа Занудного, который был настолько точен, что утомлял даже таких любителей порядка, как жители того города, и других членов ордена. И та семейная реликвия была еще точнее и целесообразнее и древнее, чем даже наручные часы главы ордена. От столкновения образца хаоса и образца порядка, и напряжения возникшего в этот момент в пространстве, ремешок часов расстегнулся сам собой и часы упали на пол. Глава ордена Марсель Эффективный в ярости бросил проклятые часы из окна, где их и подобрал проходящий мимо купец, гость города. Потом эти часы продавались из рук в руки, говорили, что они нехорошие и забирают удачу. И когда капитан подарил эти часы Джерому, он вовсе не хотел, чтобы тот стал настолько несчастным, просто хотел, чтобы его удачливость  и легкость были  чуть менее удачливыми и легкими. Но те часы, которые одновременно побывали в источнике спонтанности и потом столкнувшись с семейной реликвией Августа Занудного, стали совсем плохи. Они уже не просто замедляли время, и давали спонтанность, но и отбирали силы и желание на эту спонтанность и оставляли своему новому владельцу совсем мало сил.
Когда Сигизмунд закончил историю, они начали думать, что делать дальше, как снять часы с руки.  Дочь Сизимунда Мирра, услышав этот разговор сказала: «Просто верните окуните их снова в источник. Это источник радости, вряд ли волшебство этого места потерпит, чтобы существовал далее предмет, который так негативно воздействует на оптимизм того, кому они принадлежат»
. Сигизмунд помог найти снова старого взломщика, который жил неподалеку, и однажды ночью они пришли все вместе снова в ту пещеру. Джером увидел мерцающий источник, и опустил в воду руку с надетыми часами. Ремешок раскрылся сам собой, и часы упали на галечное дно. В этот момент все услышали гул. Источник спонтанности неожиданно набрал силу, и хлынул из стены с невиданной силой, вода понеслась по старым желобам и трубами, и мощный поток сорвал старый вентиль и вода из источника заполнила водой старую водопроводную башню.
 В это утро многие жители города, выпив свой положенный стакан воды натощак, опоздали на работу. Кто-то слишком долго обнимался с женой, кто-то сидел дольше положенного с кофе, кто-то достал старую трубку и табак, которые хранились под стеклом, как образец невоздержанности и символ недозволенного, что позволяют себе чужаки. Часть людей просто жмурились на крылечке и подставляли лицо солнцу и долго не могли вспомнить куда и зачем им сегодня нужно идти. Со временем жизнь в городе потихоньку наладилась, но орден пришлось распустить, потому что люди устали быть слишком эффективными, хотя безусловно они были по-прежнему хороши в своем деле. Просто им захотелось делать больше пауз.
Спустя неделю, которую Джером провел в доме Сигизмунда, он вернулся в порт, и уплыл с Капитаном в родной город. По пути он решил, что раз уж он хотел путешествовать, почему бы ему не сделать мореплавание своей профессией. А так как к нему снова вернулась его гибкость ума, он достаточно быстро освоил навигацию и морское дело, и с тем капитаном они основали свою мореходную компанию. И еще спустя несколько месяцев он вернулся в тот город, и сделал предложение руки и сердца Мирре, и построил новый большой дом, где конечно тоже были часы, но иногда они опаздывали, потому что их забывали вовремя заводить.

(с) Ольга Кирия
Ольга Кирия

Обычная история.

Встретились в недрах большого города, сблизились.
Бросились в омут, смеялись всё время без повода.

Брались за руки, целовались на эскалаторе.
Отдыхали вместе: all inclucive недалеко от экватора.

Сериалы и кофе, из-за одеяла спорили.
И птицы им щебетом весной за окном вторили.

И в то время сладкое: конфет и роз, они были такие лапочки.
Но во взглядах всё чаще был виден вопрос:
Ответь мне:
............. Это ты моя мамочка?

(с) Ольга Кирия

Ольга Кирия

(no subject)

Мои молчаливые телеграммы
Не напечатаны, не отправлены.
Радости нет ни одного грамма
В душе заросшей швами, заплатами.

Ты знаешь, я тут одна на острове,
Где уже давно ничего не меняется.
Костры погашены, камни острые
В босые ступни больно врезаются.

Казалось бы просто: пойти обуться,
Развести костры из вековых сосен.
И спички есть, да и пальцы гнутся -
Но только тут круглый год осень.

Не та, которая золотая
А темно-серая, с промозглой моросью.
И воздух сырой медленно глотая
Бреду по заброшенной узкой просеке.

И может когда то найдутся силы
Уехать прочь с забытого острова
Выдолбить лодку, зарыть могилы
Где истлели фантазии, обнажив дёсна.

Я знаю, что ты их давно читаешь
Мои молчаливые телеграммы
Про осень, холод, дожди всё знаешь.
Только смелости нет у тебя ни грамма.

А я просто живу и строгаю лодку
И учусь снова зажигать спички.
Когда я приеду и напьюсь водки,
Не встречай меня с ночной электрички.

Не говори, что тебе тепло со мной,
Что я свет и глоток счастья и свежести.
И по хлебным крошкам вернись домой,
Не иди за мной в поисках нежности.

(с) Ольга Кирия

Ольга Кирия

17.06.2018

Дача, кофе с коньяком.
Птицы, лето за окном.
Тишина, покой и грусть.
Мы не вместе, ну и пусть.

Снова заметет метель,
Одинокая постель.
Не прельщает, ну и пусть.
Есть зима и снова грусть.

Так идёт за год год.
Было бы наоборот:
Радость, солнце, время вспять.
Мы с тобой вдвоем опять.

Море, Крым и нагота.
Ночью слышно только: да...
Волны, звёзды, и мечты.
А теперь есть я и ты.

По отдельности судьба.
Ни свобода, ни борьба.
Только кофе с коньяком.
Лето за моим окном.
(С) Ольга Кирия

Ольга Кирия

07.07.2016

- На улице холодно,
одевайся теплее
и береги себя,
У нас здесь всё затянуло
пеленой дождя.
Зонт возьми,
и пиши мне, умоляю тебя.

Мне сорок лет, Малыш,
а я совсем потерялся.
Как жить? С кем и Зачем?
Запутался, заметался.
Молча кричу и никак не найду ответа.
Всё серое,
не различаю ни тьмы, ни света.

- Да, непросто тебе
без тьмы и без света.
Взывать к колодцам души,
не слышать ответа.
Я вижу и чувствую,
что ты совсем растерялся.
В дебрях запутался,
и в пути заметался.

За заботу Спасибо,
теплее оденусь.
Буду беречь себя.
Зонт возьму, пусть не боюсь дождя.
Чего не смогу,
Это снова спасти тебя.

Меня саму постоянно разрывает
от злости,
Перемывает душу, мысли
и ломает кости.
И не могу понять, иду по спирали
или снова по кругу.
Идем навстречу,
или быстрей друг от друга?
Хочется верить, что сложный,
Но этот путь наверх.
Каждый шаг почти на пределе и с верой в грех.

Ты говоришь: "нельзя ли нам просто жить?"
Не зная сам, как дышать и как перестать пить
Отчаянье и растерянность
стаканами полными,
Виной и страхом
накрываясь волнами.

А я понимаю, что вовсе
не Ариадна.
Я просто есть
и жизнь у меня одна.
Кроме тех девяти жизней,
где я была кошкою
И где не хватала радость
украдкой и крошками.

Но я вспомню как дышать,
как жить
И тебе напишу.
Ведь я бегу вверх
и уже никуда не спешу.

Ольга Кирия (с)

Ольга Кирия

7.11.2016

«Я люблю» звучит так устало
«Ненавижу» уже равнодушно
Все банально и всё достало.
Стало тесно и стало душно.

Стало скучно и безнадёжно.
Повторяется всё по кругу.
Если бы словом убить было можно,
Мы бы давно убили друг друга.

Трудно жить в придуманном замке.
Долго сдерживать крики, стоны.
Жить по правилам и в приличных рамках.
Уважать общепринятые законы.

Кто же знал, что ты близости так боишься,
Что любовь пугает тебя до коликов
На кого же ты снова сегодня злишься,
Сам себя обманув в крестики-нолики?
(с) Ольга Кирия

Ольга Кирия

9.07.2016

Я хотела бы быть счастьем.
Чистым, лучистым, игривым, как...счастье.
Я не хотела бы быть только частью - половинкой любимой и нужной,
Но всё равно, лишь частью.

Я хотела бы быть целой:
целой и легкой, игривой, смелой.
Изобильной, забавной, смешной и целой.

Я не хотела бы трусить, бояться,
Тебя ждать.
И ждать чего-бы-то-ни-было-в -целом.

Ведь в целом мире так много счастья. А в половинке - лишь часть и отчасти.

Ольга Кирия (с)

Ольга Кирия

5.09.2017

Дело не только в осени. Не в той, которая желто-кленовая с пронзительно синим небом. В этой, стучащей в окно, и постоянно, хоть и невпопад, резонирующей со стуком сердца. Дело в сердце, которое ждало этого момента, чтобы зазвучать в унисон с этим серым стуком дождя и мокрыми небесами. Оно как-будто соглашается, да, вот теперь все по-настоящему и взаправду. Вот этот холод, эта мгла и этот одинокий стук дождя. Теперь можно тихонько подвывать в такт ветру, и говорить: "Просто я не люблю осень"...
Ольга Кирия

афоризм

Премудрости от Ольги Николаевны о необходимости нового белья:
"Вниз по социальной лестнице можно катиться и в старых трусах"